Закономерный вопрос: а что, собственно, в Сибири мистического?
Возможно, кто-то уже приготовился читать о шаманах, вызывающих духов предков, призраках, которые по ночам бродят по заброшенным домам, о древних проклятиях, таинственных исчезновениях и людях, способных предсказывать будущее.
Нет. Ничего подобного.
Мистика здесь совсем другого свойства.
В первой книге автора — «Суровая Родина. Нехороший путеводитель Кемерово» — появилось понятие «магическая реальность». Суть его проста: чудеса происходят рядом с нами, в самой обыкновенной повседневной жизни, но мы их либо не замечаем, либо предпочитаем не замечать. Поэтому в книге исторические факты естественно соседствуют с городскими легендами, а реальные события порой получают совершенно невероятное продолжение.
Однако реальность способна удивлять не меньше, чем сила воображения. И порой чем глубже погружаешься в подлинную историю, тем удивительнее оказывается мир, о существовании которого прежде даже не подозревал.
«Мистическая Сибирь» — книга документальная, местами научно-фантастическая. Здесь нет придуманных событий и существ из болота. Зато есть подлинные исторические сюжеты, настолько невероятные, что в их существование трудно поверить.
В нашем отношении к Сибири есть одна странность. Мы с гордостью называем себя сибиряками, но при этом ничтожно мало знаем об истории земли, которую считаем своей Родиной. И, похоже, собственное невежество в этом вопросе нас нисколько не смущает.
В Кемерово долгое время историю города отсчитывали от начала промышленного освоения Кузбасса — первых десятилетий XX века. Но представления об историческом прошлом самого края оказались величиной переменной. Появилась новая официальная дата — 300 лет Кузбассу. История разом удлинилась на пару столетий. Но ведь и триста лет — весьма условная граница.
В нашем воображении Сибирь тех далёких времён — огромное пустое пространство, по которому изредка проезжают туда-сюда какие-то кочевники. Потом появляются русские, и наконец начинается история.
А до этого?
Ветер и снег. Пустота.
В начале XVIII века в Сибирь начали переселять крестьян, обещая щедрые земельные наделы за обязательство обрабатывать государеву десятинную пашню — землю, урожай с которой поступал в казну.
Однако вскоре обнаружилось, что хлебопашество привлекает значительно меньше, чем другое занятие — поиски древних сокровищ.
Они отправлялись в степи, разыскивали курганы, раскапывали погребения и добывали золото. За сокровищами ходили целыми артелями, а самих кладоискателей называли бугровщиками.
Из земли извлекались удивительные украшения, над происхождением которых впоследствии ломали головы европейские учёные. Кто и когда мог создать всё это в сибирской глуши?
Древние сокровища свидетельствовали о существовании здесь развитых культур задолго до появления русских. История этой земли насчитывала тысячелетия, о которых европейцы практически ничего не знали.
Столь же неожиданной оказывается и история сравнительно молодых сибирских городов. Например, Кемерово.
В начале XX века на его месте находилось мало кому известное село Щеглово. За считаные годы оно оказалось в центре грандиозных промышленных замыслов, за которыми стояли крупные капиталы, политические интересы и люди с весьма различными представлениями о будущем Сибири.
История этого превращения, как и история древних сибирских сокровищ, содержит немало обстоятельств, которые плохо укладываются в привычную картину прошлого.
Из этих сюжетов и сложились три самостоятельные истории, вошедшие в книгу «Мистическая Сибирь. Кемерово».
Первая — «Маговый эффект».
Это рассказ о том, как европейские исследователи XVIII века открыли для себя «сибирскую античность».
Удивительные артефакты, найденные в сибирских курганах, свидетельствовали о высочайшем мастерстве древних ювелиров и совершенно своеобразном художественном восприятии мира. Но при всём совершенстве своих изделий мастера не оставили на них ни единой надписи. Ни имён, ни названий, ни даже нескольких знаков, которые позволили бы понять, кем были эти люди и как они сами называли себя.
Золото молчало.
Вторая — «Утопия на берегах Томи».
В начале 1920-х годов в Кемерово, тогда ещё Щегловск, приехали рабочие и специалисты из разных стран мира. Их вдохновляла возможность осуществить давнюю мечту, которой жили поколения социалистов — от первых утопистов до Карла Маркса: построить общество, где главным будет человек труда, а не тот, кто присваивает результаты его работы.
Здесь, в сибирской провинции, они собирались не только восстановить разрушенные шахты и заводы, но и доказать, что рабочие способны самостоятельно управлять производством, обходясь без капиталистов и эксплуатации.
В 1926 году колонию ликвидировали, а её предприятия передали тресту «Кузбассуголь». Коммунистический эксперимент не достиг поставленных целей. Но иностранцы оставили после себя действующие предприятия, новые здания и технические решения, во многом определившие дальнейшее развитие Кемерово.
Получилось, что попытка построить новое общество закончилась неудачей, зато оказалась весьма успешной попыткой построить новый город.
Третья — «Город, который хотел быть садом».
В основе промышленного освоения Сибири лежала довольно простая идея: прежде всего построить шахту, завод, наладить производство. А люди как-нибудь устроятся. Выроют землянку, поставят барак, снимут угол. Не пропадут.
Но ещё в 1917 году, когда Щегловск даже не существовал как город, возник замысел построить его по образцу европейского города-сада — с удобными домами, зелёными улицами и благоустроенными кварталами.
Первая попытка с треском провалилась. Однако сама идея оказалась на редкость живучей. За последующее столетие она неоднократно возвращалась в виде новых генеральных планов, архитектурных проектов и обещаний превратить промышленный город в прекрасное место для жизни.
Менялись власти, архитекторы и представления о прекрасном. Неизменным оставалось одно: упорное стремление города-сада осуществиться вопреки столь же упорному сопротивлению самого Кемерово.
Три истории, объединённые одной загадкой: как столь богатое событиями прошлое оказалось почти неизвестным?
В этом и заключается главная мистика Сибири.